Привет, пап. С Днем Рожденья.Все время… не, не время, а все эти три-с-половиной года постоянно думал «хорошо, что ты этого всего не увидел». А теперь задумался… чего это я за тебя расписываюсь? Откуда нахрен мне знать, хотел бы ты все это видеть, или нет?Ну то есть ты бы переживал большую войну, как и все мы: в толпе совокупного украинского социума, и одновременно – в гудящем одиночестве ежедневного, тупого, выматывающего… нет, не страха, а как это… отвращения, что ли?Да да. Отвращение. Это смесь страха, усталости, брезгливости, ожидания и надежды. Может ты бы хотел это прожить вместе со мной. А может и нет, но как бы я хотел, чтобы это ты решал, а не результаты анализов.Может ты что подсказал бы мне, папа – год выдался странный. Прекрасный и ужасный одновременно. Нелегкий, предыдущий наче был полегче… но и тогда я бы от твоего совета не отказался. Ты же знал всё обо всём – и наверняка на любой мой вопрос ты бы откинулся на кресле, снял бы эти мелкие очки для чтения и вьедливо сказал бы: «Ладно, сын. Давай подумаем, что мы хотим в итоге получить…»В итоге, пап, мы хотим получить мир. Мир нам приходится добывать в бою. Бой примерно наполовину обеспечивается работой наших инженеров-оружейников. У которых и выбора то особо нет… ну кроме тех, кто уже сьебался за кордон. Нам надо делать зброю, это вопрос жизни и смерти, это блять и не вопрос даже, а ёбанная необходимость… ну всё, всё, извини, не буду ругаться. Соскучился я по тебе, пап. Мало мне тебя было. Люблю тебя. Очень. Всё. Пошел делать зброю. С Днем Рождения. У нас всё получится, пап. Ведь мы точно знаем, что мы хотим в итоге получить.