Поезд на восток набит вояками, и это, кажется, единственная причина, по которой он всё ещё существует. Хотя свободных мест - дофига.Волны пикселя, мультика и оливы (всех потрёпанно-военных оттенков), разбавленные редкими и тусклыми гражданскими цветами, затекают в серо-синие вагоны, несуетливо рассаживаются и замирают.Хотя... при ближайшем нескромном разглядывании цивильных мужчин и женщин замечаешь и койотные кроссы из милитариста, и кепки с логотипом 5.11, и непременные баулы с непременными рюкзаками.И ещё - вояки, будь они в ММ14 или в спортивном костюме, тут же мостятся спать. Вот это вот военное умение - постоянно спать, в любом состоянии и положении - оно ведь и не умение вовсе. Это накопленная усталось отрубает организм при любой возможности, и как бы мне ни хотелось сказать "... и усталость эта копится уже три года" - на самом деле это происходит крайние лет четыреста. Украинскому войску много лет, и все эти годы оно откровенно недосыпает.Кондиционированный воздух убивает запахи, но если бы этот поезд пах - то запахом веры. Потому что пока идут поезда, и спокойный дядька с пикалкой в руках проверяет билеты в телефоне, и слегка сонная барышна катит тележку с вкусняшками - есть уверенность и даже вера в то, что там, далеко, на финальной точке маршрута - обычная, нормальная жизнь.Поезд погружает тебя в безвременье, где не может произойти ничего плохого. По крайней мере пока он движется. Поезд придаёт магическую уверенность в том, что всё херовое, войня эта долбанная... нет, не исчезает, но как-будто встаёт на паузу. И ничего не движется, кроме неожиданно зазеленевшего мира за стеклами. Не знаю, почему поезда оказывают на меня такой эффект - когда я еду на родной Донбасс на машине, то чувствую всё совершенно по другому.Две минуты на перекур, плюхнуться в кресло, вытащить телефон и открыть книжку. Вояки начинают звонить или надиктовывать голосовухи (о Господи, почему они все так любят голосовухи?) с одним и тем же содержанием: сел, еду, буду в полвторого, хто меня встретит. Поезд заполняет гомон, хруст бутылок с водой и где-то впереди - о Господи, спасибо тебе за это - жизнеутверждающий плач ребёнка. И единственное, что продолжает царапать - мля, как же много свободных мест.